Я решила не откладывать в долгий ящик и наконец прочитать книгу "Всё, что дозволено небесами", по которой был снят один из моих любимых фильмов, о нём можно почитать вот тут.
Скажу сразу, книга понравилась и я точно буду её перечитывать. Фильм снят очень приближенно, но концовка совсем другая, об этом расскажу позже. Книга рассказывает о 42-летней женщине, вдове, у которой двое уже взрослых детей, и 35-летнем мужчине, которые влюбляются друг в друга, но общество не готово принять такой союз, из-за разницы в возрасте, а также из-за сильно отличающегося социального статуса. Главной героине придется хорошенько разобраться в себе, своих комплексах, предрассудках и страхах, прежде чем она поймёт что жизнь даётся лишь одна и если она дарит тебе шанс быть счастливой, не нужно от него отказываться.
Сейчас расскажу подробнее про сюжет книги и о том, насколько фильм отличается от оригинальной истории. В русском переводе книги нет, так что если вы не владеете английским и хотите узнать что же там в оригинальной истории, эта запись может быть вам интересна.
Главная героиня, Кэри Скотт, живет со своими двумя детьми в небольшом городке недалеко от Нью-Йорка, в красивом большом доме, который построил её ныне уже покойный муж Мартин. Кэри овдовела два года назад, у Мартина были проблемы с сердцем и однажды оно просто не выдержало. С тех пор она живет довольно скучной жизнью, посвящая всё своё время детям, когда они приезжают домой. Сын Нед учится в университете Принстон, ему осталось доучиться ещё год. Дочка Кей год проучилась в престижном учебном заведении, но потом бросила его и устроилась работать в Нью-Йорке социологом, причем бесплатно, в качестве волонтёра. Каждый вечер она возвращается после работы домой, в пригород, в то время как Нед приезжает из университета лишь на выходные и праздники.
У Кэри есть лучшая подруга, Сара, и мне она ужасно нравится. Жизнерадостная, энергичная, здравомыслящая, с отменным чувством юмора и самое главное - настоящая подруга, которая не бросит в беде. Автор описывает её так: "...лицо Сары, по-обезьяньи миловидное и выглядевшее не моложе сорока-пяти". В первой главе она рассказывает Кэри, что её муж пригласил к ним на выходные какого-то Тома Алленби и предупредил её об этом в последний момент, так что она теперь вынуждена его как-то развлекать, организовать ужин в клубе и даже найти даму на вечер. Я добавлю этот абзац, потому что мужчины во все времена одинаковые и очень любят приводить домой гостей без предупреждения, либо сообщать об этом в последний момент.
"...И в довершение ко всему — заметь, в последнюю минуту, когда у меня и так дел по горло! — мне нужно раздобыть пару для этого Тома Алленби. Наш добряк Джордж, видимо, вообразил, что я содержу бюро знакомств. Он разведен — Алленби, я имею в виду, не Джордж. И ему сорок, со слов Джорджа. А это значит, что любую женщину, имеющую право голосовать, он сочтет для себя слишком старой".
Когда Кэри предлагает две кандидатуры для Алленби, из их знакомых, Сара отвергает обеих и про одну из них говорит:
"Плоская, как доска, — отрезала она. — С тех пор, как появилось телевидение, женщине нужно иметь такой бюст, будто она засунула под платье пару спасательных кругов, чтобы на неё хоть кто-то обратил внимание."
Перед уходом Сара приглашает Кэри тоже прийти на ужин с этим Алленби и говорит, что попросила Харви сопровождать её туда. Собственно, в фильме персонаж Харви тоже есть, но лишь книга до конца раскрывает насколько он ужасен. Все жаждут поженить Кэри и этого старого хрыча, но она всё тянет с окончательным решением, поскольку на самом деле Харви ей не нравится.
Например, Сара говорит Кэри:
"...Я имею в виду... ну, его мать наконец умерла, и ты должна признать — это было просто замечательно, как он посвятил ей всю свою жизнь. И теперь, когда её не стало, он, должно быть, очень одинок. К тому же я всегда считала, что Харви... ну, он по-своему импозантный. И у него далеко не такой живот, как у Джорджа, хотя он и старше. Мне просто стало интересно, думала ли ты когда-нибудь о Харви".
Харви ведет себя очень заботливо по отношению к Кэри, с тех пор как умер её муж, и может показаться что он вовсе неплохой мужчина, но это если вы любите старых зануд.
В книге много жизненного и актуального по сей день, я бы сказала пугающе много. А ведь с 1952-го года, когда была написана книга, прошло очень много лет. Вот, например, Кэри размышляет о Саре:
"...Именно эта способность к преданности заставляла Сару негодовать из-за того, что для Кэри было лишь неприятными фактами жизни: что сорокалетний мужчина всё ещё достаточно молод, чтобы искать — и даже требовать — юности, красоты и пылкой страсти; но сорокалетняя женщина уже слишком стара, чтобы привлечь внимание мужчин, даже своих сверстников. И если она вообще помышляет о мужчинах, то это должны быть люди степенные, добрые, пожилые и «хорошо сохранившиеся». Мужчины вроде Харви Уинтона".
Возможно Кэри бы и не рассматривала Харви в качестве кандидата на роль мужа, но местное общество практически вынуждало её сделать это. Представьте себе, что в то время было принято приглашать на ужин, в клуб или на любое другое мероприятие только пары, чтобы за столом рядом не сидели две женщины или два мужчины. Поэтому, если вдруг, как например Кэри, женщина оставалась одна, разведена или овдовела, её переставали куда-либо приглашать. То есть, вот она вела активную социальную жизнь, и вдруг Мартин умирает и о Кэри все забывают (кроме Сары), ей больше не звонят, никуда не приглашают, она для своих знакомых практически тоже умерла. Психологически это должно быть очень сложно. Проблема Кэри в том (и это одна из причин, по которой она меня раздражала), что она по натуре своей ужасно скучная, недалёкая, неинтересная женщина, ну курица просто, которая не интересуется вообще ничем. Она не состоит в местных женских клубах, она не любит читать книги, у неё нет никаких хобби, вообще. После смерти мужа она могла бы попробовать как-то изменить свою жизнь, в 40 лет она не заканчивается, даже в 1950-х Кэри могла бы чему-то научиться, устроиться на работу, увлечься чем-нибудь, но нет. После смерти мужа остались деньги, не очень большие, на них она и живет. Денег должно хватить на то, чтобы Нед доучился в университете и ещё их хватает на содержание дома, если жить очень скромно. Дом большой и на него уходит немало денег, и конечно было бы логично его продать, но именно он станет яблоком раздора в семье.
В общем, с одной стороны Кэри сама виновата в том, что такая зануда, с другой стороны - её окружает общество гнилых людей, которые ей вовсе не друзья, но зато почему-то считают, что имеют право диктовать ей как жить. Несмотря на это, Кэри не хочет быть изгоем, она хочет жить как прежде, она хочет быть частью местного общества, поэтому задумывается о том, чтобы выйти за Харви.
Внешность Кэри авторы описывают так:
"...Восхищение Сары её фигурой, решила она, было вполне обоснованным. Шерстяное платье серо-коричневого цвета подчеркивало её стройность и давало понять, что грудь у неё такая же высокая — ну, почти такая же, — какой была до рождения Неда и Кей. Разумеется, её лицо уже не было лицом восемнадцатилетней девушки, но оно не выглядело ни измождённым, ни морщинистым. Свои глаза она находила вполне симпатичными, а волосы оставались приятного темно-каштанового цвета без единого седого волоска. Ноги же, призналась она себе, были просто исключительными. Слава богу, они были безупречны. По привычке занимаясь этим самообманом — разглядывая каждую черту лица и тела по отдельности, — она в итоге совершенно теряла представление о том, как выглядит на самом деле. Она не заметила, что из зеркала на её обеспокоенный взгляд с тихим лукавством взирала стройная, полная жизни женщина. И всё же, возможно, это её «второе я» не совсем ускользнуло от неё: отойдя от зеркала и направляясь в гостиную, она ощутила небольшой всплеск бунтарства против того, что возраст измеряется календарями и часами, а не жаждой жизни".
"Она ни капли не чувствует себя женщиной средних лет, — с внезапной яростью сказала она себе. — Она и близко не чувствует себя старой. Она не будет чувствовать себя таковой еще долгие годы. Она была совершенно не готова выпасть из жизни, будто с ней уже всё покончено. Было бы нелепо смириться с жизнью, полной пустого существования и размеренной скуки, словно она уже дряхлая и немощная. Она не была готова становиться „милой старушкой“ в кресле в углу. И всё же, судя по всему, именно этого от неё и ждали, именно такого поведения требовали. Даже её друзья, самые преданные из них, казалось, вступили в заговор, чтобы мягко, вежливо, но оттого не менее безжалостно столкнуть её в тихое забвение".
В первой главе, Сара извиняется перед Кэри и говорит, что не может остаться на запланированный обед. В это время в саду Кэри работает молодой садовник по имени Рон Кёрби.
"...Мартин много лет пользовался услугами питомника Кёрби...
...Когда мистер Кёрби стал сдавать, у него появился помощник, а после его смерти сын - который, как она припоминала, унаследовал это небольшое предприятие - продолжил дело отца".
"Звук садовых ножниц воскресил в её памяти загорелые плечи, которые она мельком увидела, когда выходила навстречу Саре. Погода для октября стояла чудесная — был один из дней бабьего лета, но в воздухе уже отчетливо ощущалась бодрящая прохлада. Впрочем, этот мужчина привык проводить время на улице, а физическая нагрузка не давала ему замерзнуть. Она также вспомнила, что он выглядел крайне закаленным — поджарым и мускулистым. То, что он снял рубашку, вовсе не означало, что воздух не был прохладным".
Кэри решает пообедать на террасе, погода как раз располагает, такая уютная атмосфера:
"...Терраса была защищена от ветра и залита ярким солнцем.
...День был великолепный. С террасы открывался вид на сад, тянувшийся до самых зарослей берез и ив. А дальше, над крышами соседних домов, возвышались более мощные деревья, чья осенняя листва пламенела золотом и багрянцем под чистым лазурным небом".
Поскольку Кэри приготовила на обед много разной еды, она решает пригласить садовника пообедать с ней. Так для меня и осталось загадкой зачем готовить так много еды для двоих, ну сколько могут съесть две худенькие женщины? В общем, она идет в сад и засматривается на Рона со стороны:
"Его рубашка и кожаная куртка висели на сучке дерева. Он пошарил в кармане куртки, достал бумажный пакет и растянулся на траве. Рубашку он так и не надел, и она снова невольно засмотрелась на его загорелую кожу. На мгновение она почувствовала укол зависти к той естественности и простоте жизни, которой, как она вообразила, он живёт. Работая под открытым небом с живыми растениями, подчиняясь лишь смене времён года, он, должно быть, был близок к истинной сути бытия — так же близок к её истокам, как лесное существо или дикарь. Со своей бронзовой кожей и тёмными волосами он даже напомнил ей индейца. И вид у него был совершенно расслабленный и безмятежный".
"...Подойдя ближе, она заметила его глаза. Их серый цвет казался поразительно светлым на фоне тёмного, обветренного лица с выразительными, чуть асимметричными чертами. Она удивилась, как это ей удалось не заметить его глаз до сих пор, и, стоя перед ним, осознала, что он выше и шире в плечах, чем ей казалось раньше".
Где-то дальше в книге будет упомянуто, что Кэри достаёт Рону макушкой головы лишь до плеча, так что внешность и рост у него очень привлекательные.
Кэри приглашает Рона пообедать с ней, объяснив, что подруга не смогла остаться, и он соглашается.
"Сидя напротив него за столом, она осознала, что её мнение о нём, как о застенчивом человеке, было совершенно ошибочным. Но он не был и слишком развязным. Его манера поведения была спокойной. Когда он говорил, его голос звучал сдержанно, слова были всегда по существу и лишены особой интонации".
При этом Кэри хоть мысленно и говорит себе, что она вовсе не сноб, но всё равно рассуждает о Роне как о человеке намного ниже её по социальному статусу. Правда, не долго.
"Он не был похож на того обычного рабочего, которого она ожидала увидеть. Его шерстяная рубашка, испачканные землей рабочие брюки и грубые ботинки из необработанной кожи, несомненно, были одеждой человека, зарабатывающего на жизнь тяжелым трудом, но сам он никак не вписывался в её предвзятое представление о том, как должен вести себя такой человек".
Кэри пытается завязать разговор с Роном, но сначала он отвечает очень односложно, в основном "да", "нет", "возможно" и кажется каким-то угрюмым. Лишь после обеда, когда Кэри приносит им по чашечке кофе, Рон наконец расслабляется и начинает говорить чуть больше. Кэри почему-то только сейчас извиняется и говорит Рону, что не знает его имени. Он представляется ей, совершенно не обидевшись.
"«Ну конечно! — воскликнула она. — Вы же сын мистера Кёрби!».
"Ей и правда не было оправдания, подумала она. Ей следовало сразу догадаться, что он сын того самого мистера Кёрби, который со своей сединой и в безупречно чистом рабочем комбинезоне был такой известной личностью в городе. Более того, это объясняло, почему он не соответствовал её представлению об обычном рабочем. Он не соответствовал этому образу просто потому, что им и не являлся. Он был сыном владельца небольшого, но почтенного цветочного питомника, которого знал и уважал весь город. Мистер Кёрби, разумеется, не вращался в тех кругах, к которым принадлежали более зажиточные горожане. Он не состоял в загородном клубе, и его не приглашали в дома тех, кто в нём состоял, — разве что по делам".
Рон говорит, что со следующего сезона больше не будет ухаживать за чужими садами, потому что собирается заняться выращиванием деревьев. Вот тут авторы книги почему-то решают сделать из Кэри какую-то ну совсем дуру, потому что она вдруг удивленно говорит:
«Но я и не знала, что люди выращивают деревья! — возразила она. — Я думала, они просто... растут сами по себе!».
А что, действительно есть люди, которые думают, что деревья и кусты растут лишь сами по себе? И не знают о питомниках, в которых выращивают саженцы. Удивительное дело))
Рон говорит, что его интересует выращивание именно деревьев, хотя он будет заниматься и другим ассортиментом, который потом будет поставлять в специальные магазины или ландшафтным дизайнерам. Он не хочет заниматься продажей напрямую открывать свой магазин, его интересует сам процесс выращивания. Далее он рассказывает об одном дереве, которое нравится ему больше всего и о котором в книге будет упоминаться не раз.
«Я начал разводить атласские голубые кедры, — сказал он ей. — Здесь на них спрос невелик. Да и вообще где бы то ни было, если на то пошло», — добавил он.
«Но зачем же тогда Вы тратите на них время? Если на них нет спроса?».
«О, может, несколько штук я и продам. Это не самое популярное дерево. Мало кто о них знает. Они очень нежные, пока не достигнут пятилетнего возраста. Большинство садоводов не хотят рисковать, связываясь с ними. Это медленное дерево».
«Медленное?».
«Им требуется немало лет, чтобы вырасти. Они не обретают форму, пока не достигнут примерно двенадцатилетнего возраста. До этого они выглядят невзрачными кустами. К тому же, они дорогие. Всё это говорит не в их пользу, с точки зрения большинства владельцев питомников».
«О боже, да кажется нет ничего, что говорило бы в их пользу! — воскликнула она. — Двенадцать лет, прежде чем они начнут обретать форму! Выращивать их кажется совершенно непрактичным, если это занимает столько времени, да еще и спроса на них нет».
«Они того стоят».
Рон просто помешан на этих деревьях и, возможно я могла бы попытаться понять его, но увидев фотографии этих атласских голубых кедров я всё равно ничего не поняла)) Как по мне, так это обычные, ничем не примечательные деревья, и да, до определенного возраста даже уродливые.
Рон говорит, что Кэри поняла бы почему он так восхищается этими деревьями, если бы увидела их сама. Она говорит, что была бы не против взглянуть на них как-нибудь. Потом Рон рассказывает Кэри пару интересных легенд и верований о деревьях и, заметив, что солнце передвинулось и день близится к закату, говорит что ему пора вернуться к работе. А также, что сегодня он уже, скорее всего, не успеет её закончить. Кэри отвечает, что это не страшно и он может вернуться в любой другой день, когда у него получится, а сама всё время думает о том, что возможно больше никогда не увидит Рона и её это расстраивает. После смерти мужа это был первый раз, когда она общалась с мужчиной и ей было интересно всё, о чём он рассказывал. Конечно Кэри пока не готова признаться себе в том, что Рон ей очень понравился как мужчина, но подсознание об этом уже знает:)
Вечером Кэри идет с Харви в клуб на ужин к Саре. Описание Харви:
"Кэри был по душе его суховатый юмор; она понимала, что за ним он прячет свою застенчивость. Она признала, что он и впрямь выглядит представительно, особенно в смокинге. Крахмальный воротничок плотно удерживал на месте обвисшую кожу под подбородком. Его седые волосы были тщательно зачесаны назад, чтобы скрыть лысину. Он носил маленькие, аккуратно подстриженные усики в английском стиле".
"Его небольшим недостатком была привычка обсуждать свои физические недомогания, и он с полным добродушием признавал, что является своего рода ипохондриком. Однако этим вечером Кэри поймала себя на том, что не желает с обычным терпением выслушивать описания его разнообразных лекарств и того действия, которое они оказывали. Её охватило внезапное нетерпение и смутное раздражение, причину которого она не могла понять".
Следующая глава рассказывает о самом ужине в клубе. Кэри знает почти каждого присутствующего, многие подходят к ней и лицемерно говорят как они рады её видеть, обещают в ближайшее время позвонить и встретиться, удивленно спрашивают куда она пропала, хотя прекрасно знают, что она дома и найти её не трудно, было бы желание. И не сложно догадаться, что всё это пустые обещания и никто из них после этого вечера даже не вспомнит о Кэри. В этой главе меня повеселил гость Сары, Том Алленби, которого пригласил на выходные её муж:
"Единственным незнакомцем здесь был Том Алленби, гость Сары, приглашённый на выходные. Это был рослый, похожий на лошадь мужчина с сальными светлыми волосами, торчащими зубами и тщательно выбритым лицом. Когда его представили Кэри, он галантно поклонился, явив ей во всей красе свои зубы в улыбке, которую — как она подозревала — сам считал неотразимой".
«У Вас, наверное, даже галстука нет».
«Ошибаетесь, — важно возразил он. — У меня их два».
Она неожиданно вернулась к теме его прошлого:
«Вы служили за границей?».
«Какое-то время», — коротко ответил он.
Кэри сказала себе, что ей следовало бы и самой догадаться: во время войны он наверняка служил в армии или на флоте. Он как раз подходил по возрасту и был вопиюще здоров. Его здоровье излучало силу, мужскую энергию физического благополучия, которая обжигала её, словно жар печи. В её собственной семье никто не служил ни в одном роду войск: Мартин был уже слишком стар, а Нед, слава богу, еще слишком молод".
Вкратце Рон рассказывает о своём отце, а также о том, что он был маленьким, когда умерла его мать. И снова авторы делают Кэри какой-то немного странной, потому что она вдруг начинает испытывать жалость к тому маленькому мальчику, каким когда-то был Рон, жившему с немногословным отцом и без матери. Она испытывает какой-то материнский инстинкт, мысленно развивает эту тему и будет делать ещё не раз.
Чуть позже Рон возвращается к работе в саду, а закончив приходит попрощаться. Кэри сначала думает, что он ждёт чтобы она выписала чек за работу, но Рон вдруг предлагает ей поехать посмотреть его хозяйство, раз уж она проявила к этому интерес во время их предыдущего разговора. Растерявшись, Кэри сначала отвечает отказом, но увидев насмешливое выражение на лице Рона вдруг решается поехать.
«Подождите!» — крикнула она.
Он обернулся, вопросительно приподняв брови.
«Я не могу ехать в таком виде. Вам придется подождать, пока я надену платье потеплее».
«Так Вы передумали?» — невинно поинтересовался он.
«Не смотрите на меня с таким самодовольным видом! — выпалила она. — Я с самого начала собиралась поехать».
И вот Рон и Кэри едут к нему на ферму, которая находится недалеко от городка. Поскольку Рон парень простой, небогатый и не стремящийся к богатой жизни, он ездит на рабочей машине какой-то старой модели, которая дребезжит так, что разговаривать во время езды совершенно не возможно, поскольку ничего не слышно, и сама машина кажется вот-вот развалится на части.
В фильме нам показали какой-то сарай, в котором он живет и что рядом находится его теплица, а буквально в нескольких шагах от основного жилья - шикарная водяная мельница, которую он позже привёл в порядок. В книге всё не совсем так.
"Он свернул на короткую, ухабистую дорогу. Машина под ней угрожающе подпрыгнула на стонущих рессорах и замерла. Он обошел машину и открыл шаткую дверцу. Она вышла, с любопытством озираясь по сторонам. Он остановился прямо перед теми приземистыми сараями, которые она мельком видела с дороги. Под одним из навесов, продуваемым всеми ветрами, она увидела изрядно заезженный, видавший виды джип. Рядом были свалены тюки торфяного мха, а к стене были прислонены штабеля досок. К одной из наиболее прочных построек примыкала небольшая теплица; её многочисленные стекла вызывающе сверкали, обращенные к небу. За ней она увидела парники и ряды вечнозеленых растений в поле, которое тянулось до самых холмов. Однако, вопреки своим ожиданиям, дома она не обнаружила. Почему-то она была уверена, что рядом с питомником или хотя бы поблизости должен быть какой-никакой жилой дом. Ведь они с отцом должны же были где-то жить, рассудила она. Она представляла себе аккуратное, скромное жилье, возможно, с крыльцом. Ей виделось, что дом будет выкрашен в белый цвет. Однако этот дом существовал лишь в её воображении. Там, за полосой полей, за парниками и вечнозелеными посадками, она разглядела среди голых деревьев крышу потемневшего от времени амбара. Но даже отсюда было ясно, что он заброшен".
Как бы там ни было, комната в которой живет Рон оказалась вполне уютной.
"Там стояла аккуратно заправленная кровать, пара ничем не примечательных и потертых стульев, старомодный письменный стол с откидной крышкой, на котором были разбросаны каталоги семян и питомников. Значит, это и был его дом. На полках у стены стояли потрепанные книги, большинство из которых были в строгих переплетах, характерных для технических изданий. На столе рядом с газетой лежали трубки и банка с табаком, а на комоде не было ничего, кроме расчески.
Несмотря на простоту обстановки и сугубо практичный вид, комната производила впечатление уютного мужского жилья. Теперь, когда на смену её фантазиям пришла реальность, она поняла: это место было для него столь же естественной средой, как охотничья избушка или хижина рыбака для людей их промысла. Дверь в дальней стене, как она предположила, вела в теплицу, а другая открывалась в крохотную самодельную кухню".
Рон проводит Кэри экскурсию, показывает растения в теплице, а потом и подросшие саженцы уже пересаженные в землю, на поле за теплицей. Кэри просит показать ей голубые атласские кедры, которые он так расхваливает и Рон говорит, что им придется пройтись, поскольку кедры находятся далековато от дома.
"Миновав парники, они остановились у кромки поля, которое тянулось к гряде холмов и пустующему амбару. Лишь подойдя вплотную, она поняла, что эта земля возделана. Перед ней предстали бесконечные ряды крошечных деревьев, которые с отчаянным мужеством выставили свои острые верхушки, бросая вызов силам природы.
«Вы хотите сказать, — с сомнением спросила она, — что всё это — Ваши деревья?».
Он весело кивнул, оглядывая поле с явным удовольствием".
Посмотрев на саженцы кедров, которые на Кэри не произвели никакого впечатления, они оказываются неподалеку от старого амбара. Кэри просит разрешения заглянуть внутрь. Собственно, именно этот амбар Рон и будет переделывать для них в дом.
"Она повернулась и увидела, что они стоят совсем рядом с заброшенным амбаром, который окружали голые деревья. Из-под облупившейся красной краски проглядывала сероватая текстура древесины. От него веяло той меланхолией, что всегда присуща пустым, забытым строениям — казалось, оно грезит о былых, более славных временах".
Они заходят внутрь, там грязно, пыльно и не интересно, но Кэри вдруг решает, что у этого амбара есть потенциал, она говорит что уже видела другие амбары, переделанные в жилые дома, и они прекрасны. Не обращая внимания на Рона она начинает фантазировать что тут можно сделать, что изменить, а потом начинает буквально уговаривать его заняться амбаром и сделать из него себе дом. Причем Кэри почему-то говорит всё это каким-то покровительственным тоном, немного даже агрессивным и высокомерным, будто Рон какой-то дурачок, а она мудрая взрослая женщина, которая во всём разбирается и сейчас научит его жизни. Поскольку Рон никак не соглашается с тем, что превратить амбар в жилой дом хорошая идея, Кэри начинает рассуждать о том, что однажды Рон влюбится в какую-нибудь девушку и захочет завести семью, и тогда ему всё равно понадобится дом и тогда он будет рад, что позаботился об этом заранее. Всё это начинает злить Рона.
«Я не планировал жениться в ближайшее время», — ответил он.
«Мужчины никогда этого не планируют, — сказала она, — да это и неважно. Вам и не нужно ничего планировать. Всё случится само собой. В один прекрасный день Вы встретите девушку, и дело с концом. Вам даже думать об этом не придётся. — Она добавила: — Ей тоже — если она Вас полюбит. Любовь не планируют заранее. Это просто случается, как землетрясение. И от Вас тут уже ничего не зависит».
«Тогда нет особого смысла об этом беспокоиться», — лаконично заметил он.
«Ни малейшего, — радостно согласилась она. — Сначала нет никаких чувств — а потом, в один миг, приходит любовь. Вы сами всё поймете. Я вижу, Вам еще очень многому предстоит научиться в таких делах».
Нам улице уже сумерки, в амбаре полумрак, Кэри чувствует как между ней и Роном начинает нарастать опасное напряжение и решает, что им пора возвращаться обратно, когда вдруг в амбар влетает птица и пугает её.
"Он подхватил её под руку — как раз вовремя, чтобы она не упала, — и, развернув к себе, поцеловал. Она ощутила его тело, прижатое к её собственному, словно он был выкован из стали; его губы были властными и причиняли боль. Она была словно прикована к нему, задыхаясь от этой мучительной близости. Хватка его рук ослабла, и она прильнула к нему, глубоко дыша, охваченная безграничной и беспомощной слабостью. Она закрыла глаза, но снова почувствовала его губы, ищущие её.
Она судорожно выдохнула: «Мы не можем… нет…» — прежде чем его губы коснулись её губ и заставили её замолчать. Она обняла его, прижимая ладони к его темным волосам.
Он резко отпустил её и отступил на шаг. Она словно вернулась из какой-то безграничной тьмы в сумеречную реальность амбара, где его лицо застыло бронзовой сардонической маской на фоне наступающей темноты.
«Я не собирался этого делать, — спокойно сказал он ей, — пока Вы не принялись демонстрировать мне свое интеллектуальное превосходство. Теперь мы можем ехать, если Вы готовы»".
На обратном пути они не обмолвились не словом. Не знаю что происходило в голове у Рона в этот момент, но у Кэри мозг просто кипел от всевозможных мыслей и догадок. У дома Кэри Рон лишь коротко сказал, что хочет снова её увидеть, пообещал позвонить, несмотря на возражения Кэри, и уехал.
Как бы Кэри ни пыталась себя убедить, что не должна с ним встречаться, что это ни к чему не приведет и она обязательно откажет ему, как только он позвонит, всё это оказывается бессмысленным. Следующие несколько дней она буквально живет у телефона и ждет его звонка, и когда он наконец звонит и предлагает составить ему компанию, съездить в какой-то питомник по работе, она тут же соглашается.
Так Кэри впервые встречается с друзьями Рона, Миком и его женой Алидой. В фильме они якобы приехали на ужин, где была толпа других гостей. В книге они сначала знакомятся поверхностно, Рон общается с Миком по поводу саженцев, которые привез, и по поводу ёлок, которые Мик собирается продавать накануне новогодних праздников. Алида выходит поздороваться с Роном, а Кэри вообще всё время сидит в машине. К слову, в первый раз ни Алида, ни Мик Кэри не понравились. Особенно после того, как Рон очень смачно поцеловал Алиду в губы.
"Из конторы вышел неопрятный, небритый человек в кричаще ярком клетчатом пиджаке и грязных кедах и принялся помогать с выгрузкой хвойных деревьев. Она подумала: не тот ли это самый Мик, которого Рон называл своим другом?".
Мик и Алида живут в небольшом "пряничном" домике на трассе, сразу возле своего питомника с саженцами и лавки, в которой Мик торгует растениями. Дом ужасно маленький, даже тесный. Алиду авторы описываю просто красавицей и Кэри непонятно как такая женщина могла влюбится в мужчину вроде Мика и согласится жить с ним в подобных условиях.
На обратном пути Рон как обычно немногословен и Кэри удается вытянуть из него лишь, что Мик работал в рекламе, в Нью-Йорке, и был очень успешен. Но, потом решил поменять свою жизнь полностью и Алида поддержала его в этом. Это спасло их брак.
Рон отвозит Кэри домой, прощается и уезжает, в этот раз даже не пообещав позвонить. Но, с этого дня пара начинает время от времени видеться. Кэри приезжает к Рону в оранжерею, либо они вместе куда-нибудь ездят по его делам. Интересно то, что Рон больше не делает никаких попыток поцеловать Кэри, обнять, вообще не проявляет никакой нежности или привязанности. Я бы сказала какое-то загадочное у него поведение и ухаживания, поди угадай почему он вообще видится с Кэри. Однажды Рон приглашает её поехать с ним на ужин к Алиде и Мику, они сами попросили его привезти к ним Кэри, и она соглашается. В итоге, это оказывается очень уютный вечер вчетвером, с забавными армейскими история, которые рассказывают Мик и Рон. Кэри наконец пересматривает своё отношение к Мику и Алиде, они ей начинают нравится. В тот же вечер она вдруг осознает, что любит Рона.
Именно в этой главе становится понятно почему книга называется "Всё, что дозволено небесами". Оказывается это строки из стихотворения, которое Мик читал Алиде, когда ухаживал за ней. Ниже мой перевод, сохраняющий суть, а также чей-то в стихотворной форме, но где суть стиха уже утеряна.
"Не поминай непостоянство,
Обеты лживые и крах надежд;
Если я чудом сумею
Весь этот долгий миг быть верен лишь тебе —
То это всё, что дозволено нам Небесами".
(в стихотворной форме):
О постоянстве не жалей
С затменьем на челе,
Ведь небом верности моей
Лишь миг, что вечности длинней,
Отпущен на земле.
- перевод: Дэмиэн Винс.
*прим. Это финальная строфа стихотворения «Любовь и жизнь» (Love and Life), написанного английским поэтом XVII века Джоном Уилмотом, 2-м графом Рочестером.
Суть стиха в том, что любовь мужчины длится всего лишь миг, не дольше, а потом он теряет интерес, у этого графа Рочестера целый цикл таких стихов. Но переводчик пишет про "миг, что вечности длинней" видимо не зная что такое вечность:)
Через несколько дней после этого ужина, в пятницу, дети Кэрри позвонили и сообщили ей, что на выходные домой не приедут. Тут еще вдруг портится погода, начинает сыпать снег, короче тлен и депрессия. И вдруг Кэри звонит Рон и говорит чтобы она поскорее к нему приехала.
Она приезжает, снег уже сыпет вовсю, но Рон не обращает на него внимания и сквозь снегопад ведет Кэри в амбар. Оказывается, после того, как Кэри побывала там, всего один раз, Рон стал приводить его в порядок.
"Она с изумлением огляделась по сторонам. — Но неужели ты хочешь сказать, что всё это сделал сам?».
«Самым тяжелым было разгрести весь этот хлам. Пока что я, считай, больше ничего и не сделал».
Но она видела, что это не так. Он сделал очень много. Пыль, толстым слоем покрывавшая каждую поверхность, исчезла. В узких окнах теперь поблескивали стекла. Она узнала его невзрачную мебель из сарайчика рядом с теплицей. Его кровать была превращена в некое подобие дивана и застелена армейскими одеялами. И здесь был камин.
Она подошла к огню и протянула к нему руки".
Кэри осматривает амбар, совершенно ошарашенная, слушает рассуждения Рона о том, что еще нужно тут сделать (а работы, конечно, предстоит еще очень много). И вдруг понимает, что зря она тогда завела разговор об амбаре, что это было опрометчиво, но теперь говорить об этом Рону поздно. Позже Рон накрывает на стол и кормит Кэри ужином, который приготовил сам. И снова меня поражает эта женщина.
"Он приготовил рагу — очевидно, чувствуя себя в приготовлении этого блюда уверенно — и запечённый картофель. Еда была далеко не изысканной, но на вкус вполне приемлемой. Она и не осознавала, что была настолько голодна, но, к своему удивлению, ела с огромным аппетитом".
То есть, она недовольна, что он не подал ей лобстера с листьями артишока, что-ли? Чем плохо рагу и запеченный картофель? И вообще, мужик постарался, ешь и молчи уже))
А после ужина Рон вдруг выдает, что занялся амбаром ради Кэри, потому что хочет жениться на ней. То есть, где-то в середине октября они познакомились, а сейчас вроде конец ноября. За всё это время они лишь раз поцеловались. Эм...шок))
«Я люблю тебя, — сказал он. — Я хочу на тебе жениться. Хочу, чтобы ты переехала жить сюда. Ты говорила, что в любви ничего нельзя планировать заранее. В чем-то ты была права, но я, должно быть, из тех мужчин, которым важно видеть перед собой цель. Я хотел быть совершенно уверенным, что у нас будет где жить, прежде чем признаться тебе в любви. Работы еще много, но теперь я могу тебе это сказать. Я могу просить тебя стать моей женой».
Сказав это он продолжает сидеть, он не подходит к Кэри, не обнимает, не целует. Он ждет немедленного ответа. А Кэри ждет поцелуев))
«Я думала... то есть, разумеется, я знала, что тебе нравится быть со мной». Она не могла признаться ему, что даже не рассматривала замужество как возможный итог своих встреч с ним. Она запрещала себе строить определенные догадки о том, к чему всё это приведет. Она оставляла этот вопрос открытым. «Я знала, что тебе, должно быть, приятно со мной видеться».
Он резко, почти зло рассмеялся. — «"Приятно видеться"! — насмешливо повторил он. — Да когда я тебя не видел, мне было так чертовски паршиво, что хоть пулю в лоб. Я ни о чем не мог думать, кроме как о тебе. Не мог перестать гадать: чем ты занимаешься, с кем ты? Я никогда раньше ничего подобного не чувствовал. Никогда в жизни не проходил через такой ад. Вот ради чего я всё это строил — ради чего пахал. Я надеялся, что если буду надрываться в этом проклятом амбаре, то хотя бы смогу уснуть. Вот почему я хочу на тебе жениться».
Дальше обалдевшая Кэри пытается убедить Рона, что замужество им ни к чему, что главное лишь любовь и всё такое. Что она не может выйти за него по ряду причин. В том числе из-за разницы в возрасте. Но Рон говорит ей:
«Мне плевать, сорок два тебе или двадцать два, — резко бросил он. — Я люблю женщину, а не сухую статистику».
«Если бы я хотел жениться на молоденькой, Кэри, я бы пошёл и нашёл такую. За свою жизнь у меня была не одна возможность. Но я не женился ни на молодой, ни на старой — просто потому, что не встречал той, которую полюбил бы. Сейчас я хочу жениться, потому что встретил тебя».
Кэри говорит, что тоже любит его, но выйти за него не может. Короче, они долго препираются и, в итоге, Кэри решает, что ей лучше вернуться домой. Они молча возвращаются к её машине, она садится за руль, пытается выехать, но машину заносит на снегу и она застревает. И вдруг Кэри говорит:
«Как ты думаешь, — мягко спросила она, — может, я всё-таки слишком глубоко увязла, чтобы теперь выбраться?».
Его брови вопросительно приподнялись. Он ответил не сразу.
«Думаю, мы оба увязли довольно глубоко».
Не сложно догадаться, что Кэри остается у Рона, более того, она всё же соглашается стать его женой. В кино этого, конечно, не показали, но этой ночью у пары был секс в амбаре у пылающего камина.
Утром за завтраком Кэри и Рон общаются и Кэри спрашивает:
«И ты уже решил, чего хочешь? Ты уже всё для себя определил?».
«Кое-что — да, — ответил он. — Я решил, какой работой хочу заниматься. Определился с тем, как хочу жить. Понял, что для меня важно, а что — нет. Я решил, что выращивать деревья для меня важнее, чем штамповать стиральные машины или обувь. Или продавать больше машин, или что-либо ещё. Я твёрдо решил, что никому не позволю заставить меня забыть о том, чего я на самом деле хочу от жизни, вовлекая меня в бессмысленную погоню за чем-то иным».
«Например за чем?».
Она почувствовала как он пожал плечами.
«За деньгами, например. За самой идеей больших денег. Роскошными машинами или доступными женщинами. За желанием быть важнее соседа. Или жить в доме, который по размеру больше, чем мне нужно».
Кэри остается у Рона на выходные. Утром они вместе, счастливые, пешком отправляются в ближайший магазинчик за продуктами, где на Кэри пялится какая-то женщина, которую сама Кэри не знает.
В понедельник вечером Кэри возвращается домой и с этого момента её начинают съедать всевозможные мысли и сомнения. Ей начинается казаться, что она предала память покойного Мартина. Потом она понимает насколько ее жизнь изменится после того, как она выйдет за Рона. Что ей нужно будет разобраться с домом, то есть продать его, разделить деньги между детьми, себе она не намерена взять ни копейки, что местное общество не примет Рона, как и их брак. Плюс она не готова пока сообщить детям о том, что собралась снова замуж. И дело не в самом факте замужества, а в том что это Рон, молодой парень, стоящий ниже ее по социальной лестнице.
Потом Кэри встречается с Роном и, сидя в какой-то придорожной закусочной, пытается ему объяснить, что нужно повременить со свадьбой, что она должна подготовить своих детей к этой новости, что они еще такие юные и нуждаются в её заботе. Короче, начинает бесить и меня, и Рона)) Он очень жестко реагирует на всё её нытье:
«И насколько старше они должны стать, Кэри, прежде чем ты отпустишь их от своей юбки?».
«Они вовсе не держатся за мою юбку, — нахмурилась она, слегка шокированная его нежеланием проявить хоть каплю понимания. — Они совсем не такие. Боже мой, они порой даже слишком независимы! Нед ни в малейшей степени не маменькин сынок!».
Разговор заканчивается тем, что Кэри просит Рона встретиться и познакомиться с ее детьми и он соглашается. На обратно пути она просит его притормозить у библиотеки, чтобы вернуть книги, и там сталкивается с Моной Плэш, той самой сплетницей. Это грозит катастрофой, потому что Мона видит, что Кэри приехала с Роном на его машине.
В течение последующих пары дней Кэри узнает, что в магазинчике за городом её видела жена мистера Гоу, владельца продуктовой лавки, в которой она обычно заказывает продукты. Жена поехала за город к родственникам и узнала Кэри в местной продуктовой лавке. Потом с ней на улице вдруг не поздоровалась бывшая учительница Кей, она буквально перешла на другую сторону улицы. А следом наконец приезжает Сара, чтобы узнать что происходит, потому что Мона уже вовсю трезвонит о том, что у Кэри роман с садовником. Кэри рассказывает всё подруге и признается, что любит Рона и собирается за него замуж. Сара сначала пытается отговорить её, говорит что будут разговоры, в том числе о том, что у Кэри была связь с садовником еще до смерти Мартина. Но поняв, что Кэри приняла окончательное решение, обещает ее поддержать. Сара просит её прийти на предстоящую вечеринку по случаю помолвки Тома Алленби и Джо-Энн, которую она специально устроит, чтобы Кэри показалась там с Роном.
Поскольку пошли слухи, Кэри понимает что тянуть дальше нельзя и пора рассказать обо всём детям, а потом познакомить их с Роном. Что она и делает. Нед и Кей в шоке, они жаждали чтобы их мать вышла за Харви, ведь он их круга, обеспеченный, тогда бы в их жизни ничего не изменилось бы. Но мать и садовник, который вовсе не садовник вообще-то, это уже для них унизительно. Ужин с Роном проходит в очень натянутой обстановке, Нед еще отвечает на вопросы Рона из вежливости, но Кей вообще молчит и сразу после ужина оба, извинившись, уходят в свои комнаты. Позже Нед катает матери истерики по поводу того, что она собирается позорить его и жить в амбаре, куда он даже не сможет привести своих друзей, а также подозревает что Рону нужны ее деньги, а не она сама. А Кей, вдруг выясняется, молчала весь вечер, а потом рыдала у себя в комнате, потому что не ожидала что мамин жених окажется таким молодым, мускулистым и красивым.
Следующие дни до вечеринки у Сары Кэри продолжает выносить мозг и себе, и Рону из-за своих детей, что она в первую очередь мать и должна заботиться о них, и что со свадьбой нужно подождать. А Рон ждать не хочет. Потом ужасная вечеринка у Сары, где все гости глазеют на Рона, словно она обезьяна в зоопарке. Женщины явно завидуют Кэри, потому что Рон красавчик, но при этом только и делают, что язвят и говорят гадости, иногда даже неприкрыто.
Обстановка напряженная, в том числе между Кэри и ее детьми, которые стараются теперь почти не бывать дома. Рон всё сильнее торопит Кэри с замужеством, предлагает даже пожениться через два месяца, а не ждать до весны, говорит что подумывает взять кредит, чтобы поскорее привести амбар в порядок. Но Кэри не готова к такому повороту, она вообще кажется уже не хочет замуж. Тут ещё однажды вечером домой возвращается Кей, вся в слезах, потому что у нее произошла ссора с одной из подруг, которая в присутствии большой компании наговорила в грубой форме кучу гадостей о Кэри и Роне.
Кэри решает, что единственное правильное решение - это уговорить Рона переехать жить в ее дом. Типа все тогда привыкнут и к нему, и к их браку, и постепенно всё наладится. Люди перестанут сплетничать и жизнь потечет своим чередом. Рон в шоке, он говорит что ни за что не переедет в этот дом, потому что ему не по карману содержать его, и потому что он не хочет, чтобы люди считали, что он живет за счет Кэри.
"...Ты хочешь втиснуть меня в свою жизнь вместо того, чтобы самой стать частью моей. Обычно женщина становится частью жизни мужа. С тобой же — и, пожалуй, с вдовами в целом — всё происходит наоборот. Возможно поэтому им так трудно снова выйти замуж или найти мужчину, который был бы им небезразличен. Знаешь, Кэри, только совсем никудышный мужчина позволит женщине строить его жизнь за него».
В итоге, Кэри говорит:
«Мне больше нечего сказать, — безнадежно сказала она. — Я не могу выйти за тебя, если ты не уступишь в этом. У меня нет выбора. Значит, решение за тобой, Рон».
Рон принимает решение, встаёт и просто уходит. И я его за это уважаю, потому что Кэри мне своим нытьем уже надоела. Она, конечно, в шоке. Она реально не ожидала, что он вот так встанет и уйдет навсегда. Кэри думала, что если Рон ее любит, то уступит ей.
Дальше начинают тянутся долгие, депрессивные дни. Кэри сообщает детям, что она не выйдет за Рона, они рады, хотя Кей чувствует свою вину за случившееся. У Кэри начинаются постоянные, сильные головные боли. Она даже идет к доктору Хеннесси, чтобы он что-то прописал ей. Доктор пытается объяснить Кэри, по-дружески, что причина её болей носит не физический характер. Что она изводит себя из-за Рона, хотя в этом нет нужды и говорит лучшее, что она может сделать - это выйти за него.
По поводу разницы в возрасте между Кэри и Роном он говорит:
"Никто не понимает, когда рассуждает о возрасте, о молодости и старости. Скорость созревания и увядания меняется на протяжении всей жизни. У каждого живого существа свой собственный ритм. Мы не знаем почему и чем он задан. Но мы точно знаем, что существует связь между каждым психическим и физическим процессом. Если ты считаешь себя старой, если ты принимаешь мысль о своей старости, твое тело охотно с этим согласится. Я знаю только один способ отличить старого человека от молодого. Старики живут прошлым и ради прошлого. Молодые живут будущим, ради завтрашнего дня".
И по поводу того, что она жертвует собственным счастьем ради своих детей, хотя в этом нет необходимости:
"...Ради твоего же блага надеюсь, что ты права. Ведь это безрадостная штука — принести благородную жертву, а потом обнаружить, что она не была ни благородной, ни нужной. Отдать жизнь — это одно. По крайней мере, ты уже не увидишь, как твой поступок теряет всякий смысл. Жертва, не влекущая за собой смерть, лишена этой милости. Ты продолжаешь жить, становясь всё более озлобленной, ограниченной и мелочной, пока собственное тело не сдавит тебя до смерти".
Поняв, что далее обсуждать этот вопрос с Кэри бесполезно, доктор прописывает ей какие-то таблетки, что-то успокоительное.
Дело близится к Рождеству. Кэри покупает подарки детям, принимает приглашение Сары прийти в клуб в Сочельник вместе с Харви, но сама всё время думает о Роне.
За несколько дней до праздника она начинает искать где бы купить ёлку и всё никак не может найти такую, которая бы ей понравилась. И вот однажды, возвращаясь из соседнего городка, она проезжает на трассе в сумерках мимо какой-то точки, где продают елки. Выйдя из машины она сначала видит знакомую фигуру, которой оказывается Мик, а следом появляется и Рон. Это ёлки Мика, а Рон помогает ему разгрузить их. Увидев Кэри он подходит к ней, спрашивает как у нее дела, предлагает найти ей ёлку. Но, Кэри настолько под впечатлением от встречи с Роном, что едва соображает что он там ей показывает. В итоге, так Кэри и уезжает ни с чем. Напоследок Рон, у которого на самом деле на душе так же тяжело, как и у Кэри, чтобы как-то разрядить обстановку шутит насчет ёлки, которую Кэри никак не может выбрать, и говорит: «Что ж, может, в другой раз». Рон и его сарказм во всей красе. Ведь следующий раз может быть в лишь в следующем году.
"Она вернулась к приготовлениям к Рождеству с одержимостью человека, которого что-то подгоняет и он спасается бегством. То, что она его встретила, казалось ей несправедливым. Ей и так было достаточно трудно придерживаться мнения, что она права и поступила мудро. Это был единственный возможный путь, убеждала она себя. Она не должна сомневаться в этом. Она не должна позволять себе сомневаться в собственной мудрости. Сначала доктор Хеннесси, а теперь и Рон сделали всё, чтобы ей было совсем не просто помнить, что её доводы были вескими, а логика — неоспоримой".
Наконец приезжают Нед и Кей. В Сочельник Кэри надеется как обычно нарядить с детьми ёлку, по старой традиции, но они виновато смотрят на мать и говорят, что не думали, что она в этом году захочет делать это, всё-таки в доме уже все взрослые. Всё дело в том, что и у Кей, и у Неда свои планы на вечер и они не намерены проводить его с Кэри. Та обиделась, но виду не подала, и осталась наряжать ёлку одна, предавшись воспоминаниям о тех годах, когда еще был жив Мартин, а дети были маленькими и Рождество было настоящим праздником.
В Рождественское утро дети поздравили Кэри и подарили ей небольшой настольный телевизор, а она подарила Неду фотоаппарат, о котором он мечтал, и сумочку из крокодиловой кожи - Кей. Пообедали они все вместе, за праздничным столом, а потом к ним пришли друзья Неда и Кей, огромная толпа молодых людей, которых особо не интересовали закуски, зато очень интересовала выпивка. Меня это удивило, поскольку Кэри всё время говорит детям, что денег у них не много и нужно быть экономными, Мартин не оставил их богатыми. Но они почему-то приводят домой толпу молодежи, многих из них они даже не знают, которых нужно и накормить, и спиртным напоить.
В общем, Кэри носится как прислуга из кухни в гостиную и обратно, собирая грязные бокалы и перемывая их по кругу. Наконец молодежь расходится, потому что вечером все собираются в клуб праздновать Рождество. К этому времени Кэри уже валится с ног от усталости, но идет одеваться и приводить себя в порядок, потому что скоро заедет Харви. Вот тут Нед и сообщает ей, что получил предложение от отца своего друга и сокурсника поработать в его крупной компании. Начать вместе с его сыном с низов, всему научиться, чтобы через пару лет занять руководящие должности уже в офисе в Нью-Йорке. Но учиться всему они будут в Питтсбурге. Нед говорит Кэри, что еще не принял окончательного решения, но видно что на самом деле он ужасно хочет поехать и в итоге поедет.
Рождество в клубе проходит для Кэри в какой-то унылой обстановке, рядом противный Харви, все вокруг уже очень нетрезвые и заканчивается всё тем, что Кэри наконец даёт отпор Моне Плэш, которая после этого точно записала её в свои лютые враги.
Харви привозит Кэри к ней домой и неожиданно соглашается зайти на бокальчик, хотя это было дежурное приглашение и обычно Харви от него отказывался. Он опять заводит разговор о замужестве, Кэри опять всё тянет с ответом и тут вдруг этот ужасный мужчина хватает Кэри и пытается поцеловать. Я орала))
«Кэри, — сказал он охрипшим полушепотом, — Кэри, я так долго думал о тебе. Я ведь тоже человек, Кэри. Я так давно тебя хочу».
Она отворачивается от него, он всё равно продолжает её целовать. Затем кладет ей руку выше колена и тогда Кэри наконец отталкивает его. Харви тут же как дурачок начинает извиняться, типа сам не знает что на него нашло, а потом быстро уезжает домой, пообещав через пару дней позвонить.
Следом приезжает Кей, уже где-то часа 3 часа ночи. Она радостно сообщает Кэри, что Джеймс Коли сделал ей предложение и она приняла его.
«Я и сама не знала, — честно призналась Кей. — До сегодняшнего вечера я держала его на почтительном расстоянии, но, видно, на меня так подействовал дух Рождества и прочее. К тому же он такой милый в своей этой неуклюжести. И я этому даже рада — в смысле, его неловкости. Тому, как он вечно на что-то натыкается. Я решила, мама, что мне не нравятся ловкие (*прим. nimble men также означает пронырливые) мужчины. Надеюсь, ты меня понимаешь».
«Пожалуй, в самых общих чертах», — ответила Кэри.
«А еще эти его руки, — продолжила Кей. — Они просто огромные. Хуже всего то, что он не знает, что с ними делать. В компании. Он ими так размахивает, будто к каждой ладони приклеилось по липкой ленте для мух. Жуткое зрелище. Но самое странное — мне это кажется милым. Сама признай, симптомы выглядят довольно безнадежно».
Правда, к счастью Кей и её жених решают не торопиться:
"...Если под этим ты подразумеваешь, не собираемся ли мы сломя голову бежать к мировому судье. Конечно, я бы с радостью, но я ещё слишком молода. К тому же я сказала ему, что хочу год поработать. На работе поговаривают, что мне начнут платить жалованье. Я бы хотела иметь этот опыт за плечами, чтобы потом бросать ему в лицо, что я вполне себя обеспечивала, пока он не загубил мою карьеру. И у него, конечно, тоже есть свои проблемы. Любовь, мама, — это не одни лишь удовольствия. Сначала ему надо доучиться, а за дипломом его уже ждет работа в текстильной промышленности. Мы оба понимаем, что нам придется подождать. Кроме того, мы решили, что наша помолвка будет секретом для всех, кроме тебя".
Пользуясь случаем Кэри признается дочери, что ей тоже сегодня сделали предложение. Кей тут же понимает, что речь идет о Харви и спрашивает приняла ли мать его предложение.
"...И всё же она почувствовала непреодолимое желание заставить дочь понять её решение. Она внезапно спросила: «Кей, а ты можешь представить себя замужем за Харви?».
Кей вздрогнула от неожиданности. На мгновение Кэри показалось, что дочь сейчас хихикнет".
Наконец Кей поняла чувства Кэри и её нежелание выходить за Харви. Более того, она вдруг поняла как была неправа насчет Кэри и Рона, о чем и говорит ей.
«Мама, ты должна поехать к нему — к Рону. Мы с Недом были просто дураками. Глупыми и эгоистичными дураками. Конечно же, ты должна выйти за него замуж».
Но Кэри говорит, что уже слишком поздно.
"Кэри попыталась объяснить: «Чтобы любить кого-то, чтобы сделать брак успешным, требуется огромное количество энергии, Кей. Ты не сможешь понять как много, пока сама не проживешь в браке какое-то время. Хотя бы года три».
«Охотно верю, что это так, но я всё равно не понимаю, какое отношение это имеет к тебе и Рону».
«Слишком через многое нужно пройти вместе, — сказала ей Кэри. — Нужно столько мужества, столько стойкости, способности выстоять. Если у тебя нет этой стойкости и терпения, то семейная жизнь у тебя не сложится. Не стоит даже пытаться».
Кей по-прежнему хмурилась, но теперь она поняла, что имела в виду Кэри. «Ты хочешь сказать, что у тебя их нет, так, мама? Ты чувствуешь, что не можешь вкладывать в брак столько, сколько должна?».
«Да, именно это я и чувствую, Кей. — Она коротко улыбнулась с ноткой горького сожаления. — У меня нет того, что для этого нужно, — сказала она Кей, — того, чего требует брак. Еще несколько недель назад я думала, что у меня есть силы. Теперь — нет. Это просто моё внутреннее ощущение, и я в нём не сомневаюсь».
Праздники прошли, дети разъехались, Кэри осталась одна и окончательно впала в депрессию. Она утратила какой-либо интерес к жизни, засела у телевизора, у нее даже пропало желание готовить еду. Просто полное безразличие ко всему. Однажды, чтобы окончательно не сойти с ума, она села в машину и поехала куда глаза глядят. И приехала, в итоге, к Мику и Алиде. Оба были рады ее видеть, пригласили на чай, но разговор как-то не клеился. Кэри хотела узнать о Роне, но почему-то именно эту тему они все избегали обсуждать. В итоге, когда Мик вышел, Кэри всё же спросила как там Рон.
«У него всё хорошо», — она ответила на вопрос Кэри так же тихо, как тот был задан. Она говорила обыденным тоном. «Случились сильные заморозки на почве. К счастью, голубые кедры перенесли их чудесно. Он был очень занят. Мы его почти не видели, — она перекусила нитку. — Тебе не стоит беспокоиться о Роне, Кэри. Тебе не нужно его жалеть».
С горечью Кэри призналась: «Не Рона мне жаль, Алида».
Мик, проводив Кэри до машины, говорит ей:
"...Кстати, помнишь тот вечер, когда вы с Роном были у нас на ужине? Помнишь что я тогда сказал про эти чертовы деревья?».
Нахмурившись в попытке вспомнить, она напомнила ему, что в тот вечер было сказано немало. «Это про голубые кедры?».
Он кивнул. «Я тогда сказал, что с ними больше хлопот, чем готов вынести любой здравомыслящий человек, — напомнил он ей. — Они не выносят мороза и заставляют человека ждать».
Кэри уверена, что он говорит о ней, что это камень в её огород, пока еще не догадываясь, что речь идёт о Роне.
Еще через какое-то время, в пятницу, вдруг начался ужасно сильный снегопад. Кей позвонила домой и сказала, что останется в Нью-Йорке у подруги, поскольку поезда уже ходят с опозданием из-за непогоды. Нед в университете. Кэри осталась на выходные одна. На следующий день, то есть в субботу, снег продолжал идти и вокруг всё засыпало огромными сугробами. Вдруг она почувствовала, что в доме стало как-то прохладно, а еще через время - совсем холодно и обнаружила, что сломался газовый котёл. Она тут же вспомнила, что еще в октябре собиралась вызвать мастера перед началом отопительного сезона, чтобы он проверил котёл, но забыла. Перед тем как спуститься в подвал она обнаружила, что свет не включается, из-за непогоды видимо оборвало линию электропередач. Наощупь Кэри спускается в подвал и обнаруживает утечку газа, вонь стоит ужасная. Она распахивает дверь нараспашку и вспоминает, что в небольшой кладовке недавно видела фонарик, там же, в подвале, он ей нужен, чтобы найти кран на котле и перекрыть газ.
Кэри заходит в кладовку, находит фонарик, но в этот момент дверь кладовки захлопывается и защелкивается. А открывается она только снаружи. Какой идиот установил такой замок для двери в кладовую - загадка. В общем, газом продолжает вонять всё сильнее, Кэри пытается открыть кладовку, но безуспешно, и постепенно начинает терять сознание, надышавшись газом.
Спасает ее в итоге неожиданно появившаяся Сара.
"...Я звонила, ты не отвечала, и из-за этого снега и всего прочего я разволновалась. Вот и приехала проверить всё ли в порядке. А когда ты не открыла на звонок, я заглянула в гараж и увидела твою машину. Потом обнаружила, что задняя дверь не заперта. Вот и всё. Не нужно быть гением, чтобы перекрыть газовый кран и вытащить тебя сюда".
И вот последняя глава. Придя окончательно в себя следующим утром, Кэри думает:
"...Ей несказанно повезло, подумала она, быть живой. Странно, что она никогда раньше по-настоящему не понимала, какой это необычайный дар — просто жить. Жизнь, эта пульсирующая, бьющая через край сила, была величайшим из чудес. И она каким-то образом почти забыла об этом".
Она быстро одевается и, несмотря на погоду, огромные сугробы, всюду работающие снегоуборочные машины, садится в машину и мчится за город к Рону. Сквозь сугробы, в которые она проваливается по колено, Кэри добирается до амбара совершенно промокшая и уставшая. Открывает дверь и вид там Рона, у очага.
"...Она ощутила безграничное смирение, стоя перед ним — раскаявшаяся и неуверенная, словно ребенок, признающийся в проступке и ожидающий пока неизвестного, а оттого еще более пугающего наказания.
«Я была не права, Рон, — сказала она. Её голос охрип от волнения и робости. Она не смела поднять на него глаз. — Я так страшно ошибалась. Я всё поняла... и пришла сказать тебе об этом».
Но он молчит. У Кэри в голове проносится множество мыслей, что может она ошиблась, может прошло слишком много времени и Рон больше не хочет быть с ней. Тогда она, испытывая неловкость, чтобы как-то сгладить свой приход к нему, говорит:
«Мне стало интересно... — выдавила она наконец с поразительной неуместностью, — сделал ли ты ещё какие-нибудь изменения в своём доме?».
«Кэри», — сказал он снова, и по его голосу, дрогнувшему и незнакомому, она поняла, что он растерян не меньше неё, а на душе у него такая же буря. Он спросил, поправив её: «Ты хотела узнать, не сделал ли я ещё какие-нибудь изменения в твоём доме, Кэри?».
«Моём доме, Рон? Что ж, тогда я пришла, чтобы поселиться в нём — если ты, конечно, не против».
Когда он обнял её, она вдруг почувствовала, что её платье насквозь промокло, и ноги тоже. Волосы растрепались, и — в этом не было ни малейших сомнений — её нос покраснел. Она рассмеялась, и в этом смехе послышалась дрожь от переполнявшей её радости.
«Я вся промокла, — сказала она, дрожа всем телом, — я выгляжу просто ужасно, я замерзла до смерти... и я счастлива».
Её зубы, словно она только что напомнила им об их прямой обязанности, принялись выстукивать дробь.
«В таком случае, пожалуй, мне стоит закрыть дверь», — совершенно серьезно ответил он.
Он выпустил её из объятий, подошёл к двери, которую она оставила открытой, и закрыл её. Он снова повернулся к ней; в уголках его глаз уже заиграла та самая знакомая насмешливая улыбка.
«Можно подумать, — сказал он, — что ты всю жизнь прожила в амбаре».
Вот такая вот концовка:) Я рада, что писатели не сделали книгу какой-то приторной, сопливой что-ли, даже концовка отличная. И я не понимаю почему нельзя было в фильме сделать именно такую концовку, с кладовкой, газом и последующим осознанием Кэри того, что жизнь прекрасна и нечего закапывать себя заживо на ровном месте, когда эта самая жизнь предлагает тебе красавчика Рона и возможность обрести счастье. Такие дела.
Комментариев нет:
Отправить комментарий